После прохождения 6,000 миль пути из Африки с 2013-го года «Путешествие из Эдема» продолжается. Новый компасный пеленг : по самым высоким горам на Земле. Западные Гималаи.
С древнего торгового города Киргизии Оша я оглядываюсь на 1,500 миль, пройденных по Центральной Азии. Тем дням уже присущ ярко-коричневый оттенок «сна наяву».
Beckoning horizon: a summer grassland at the foot of the Alai Mountains.
Video by Paul Salopek
Четырнадцать месяцев назад на обширных степях западного Казахстана: Трое мужчин – мои гиды Талгат Омаров, Давлет Бегендиков и я прыгали вокруг нашей напуганной вьючной лошади, размахивая шляпами, чтобы отогнать агрессивных диких жеребцов. ( Я представляю пролетающий сверху спутник, снимающий этот тихий, безумный, языческий танец: Три точки, вращающиеся в безбрежном океане травы ). Десять месяцев назад посреди пустыни Узбекистана Кызыл-Кум : Покачиваясь от жажды на холме из красного песка, я вызвал помощь, воспользовавшись спутниковым телефоном; кто-то разграбил наш драгоценный запас воды. ( У моих ботинок лежали старинные черепки поломанных сосудов для воды, реликвия какого-то невезучего каравана Шелкового Пути. )Семь месяцев назад: Сильная колдунья за воротами кладбища в старом Коканде потерла пеплом от хлопка по моей груди, тем самым изгнав всевозможную мнимую болезнь, кроме уже существующей – одиночества.
И теперь, следуя по длинному ущелью в Киргизии, покидая рабочий стол писателя и суровые прямые углы городской жизни, с ее острыми сторонами, искусственными краями, городскими очертаниями, которые плохо влияют на разум, я снова зашнуровываю свои ботинки. Я посматриваю на юго-восток.
Предстоящие пути пересекают дикие горы Азии.
New world: A shepherd’s handmade toys for his son are cars, not horses.
Paul Salopek
Тянь-Шань. Памир. Гиндукуш. Каракорум. Эти горные цепи посылают свои бурные реки вниз на явную смерть в бесплодные земли западного Китая, где Марко Поло обнаружил джиннов, завлекавших путешественников на гибель в пустыню Лоп. Их растаявшие снега стекают в Аму-Дарью, легендарную реку Оксус, которую Александр перешел на плотах, сделанных из надутых обивок от палаток. Я буду пересекать длинную горную вершину, которая создает зубчатую кардиограмму по самому центру континента. В Таджикистан. В отдаленный Вакхан. В Пакистан. В Индию.
Но тут возникает поразительное затруднение: нехватка ослов.
« Вьючных ослов найти трудно»,- заявляет мой попутчик Сергей Гнездилов после поисков животного вблизи нашего «стартового» города Оша. « Фермеры говорят, что они продали их всех для еды китайским дорожно-строительным бригадам».
Но эти искаженные слухи скрывают более глубокую, запутанную и волнующую историю.
Нехватка ослов в южной Киргизии – всего лишь малая часть темной, но растущей торговли этими покорными вьючными животными. Китайская нетрадиционная медицина и торговцы косметикой скупали ослов по всем развивающимся странам, чтобы сдирать с них шкуры для изготовления некоего товара из животного клея, называемого «иджиао» (ejiao), предположительно средства от бессонницы и анемии.
Гнездилов и я ищем осликов целое утро. В конце концов нам приходится проехать 55 миль вглубь гор, чтобы найти одного. Нашему спасенному длинноухому товарищу 15 лет. Он кусается, когда его седлают. Мы называем его Гингер (Искорка). Более деликатным именем было бы: Самый медлительный ослик в Центральной Азии и ,возможно, во всем мире.
После того, как к нам присоединились мой брат Ричард и несколько местных друзей, мы побрели вверх и вниз по горам.
Paul Salopek's brother Richard coaxes The Slowest Donkey in Central Asia and Maybe the World toward the Alai Mountains.
Paul Salopek
С помощью тракторов люди волочат большие музыкальные инструменты по поделенной на участки траве – востребованные там механизмы – это грабли для сена, зубцы которых дают железные концерты.
Мы отправляем на пенсию Самого медлительного ослика в Центральной Азии, и, возможно, во всем мире и нанимаем всадников, чтобы они помогли перетащить наше снаряжение через отрезок Алайских гор к таджикской границе. Эти двое мужчин – Эшембай Джолдошбаев и Худаяр Нурмамедов выглядят как рыцари «Золотых Запасов». Их лошадей зовут Майк Тайсон и Джеки Чан.
Мы достигаем ущелья Джиптик – протащившись 13,600 футов, чтобы увидеть развернутый впереди Памир в свете шампанского: сомкнутые горные пики, покрытые снегом, окутанные облаками, становящиеся волнистыми к югу, выглядящие как бушующее море. Замерзший Тетисский океан, который когда-то покрывал всю Центральную Азию в Меловой период.
Потрясенный высотой, я посмотрел на обувь другого мужчины.
Итак, началось. Я забыл свои ботинки в Оше.
