OUT OF EDEN WALK

Сирийцы проводят дни и ночи в грузовых контейнерах, стоящих рядами на турецкой границе на участке земли, бывшей когда-то фермерскими полями.

Это Килис, образцовый лагерь для беженцев.

Здесь есть школы. Для жителей лагеря современный супермаркет предлагает платёжные карточки, финансируемые правительством. На базаре беженцы хлопочут в парикмахерских, чайных и лавках, продающих певчих птиц. Жилые контейнеры чистые, в некоторых есть телевизоры. Проходы между ними заасфальтированы. В Килисе бывали эксперты по гуманитарному праву из многих стран. Все они были поражены и впечатлены бытовыми удобствами и щедростью турков.

И все же, спустя три года после того, как первая группа измученных беженцев из 252 человек пробилась через сирийскую границу, Килис стал скорее символом проблемы, a не её решения.

Сегодня весь лагерь трещит по швам. Более 14000 человек нашли там пристанище — это лишь крупица по сравнению с 1,3 миллионами беженцев, спасающихся от войны. Турция потратила миллионы, чтобы дать кров и еду своим соседям, вынужденным покинуть родной дом. Сначала все думали, что гражданская война против диктатора Ассада будет короткой; что в Сирию вновь вернутся её жители, бесконечно благодарные Турции. Но война длится до сих пор. Гостеприимство истощается. В турецких городах закипают анти-сирийские выступления. А беженцы все продолжают прибывать: за последнюю неделю 160,000 беженцев, на этот раз этнических курдов, перебрались через границу, спасаясь от исламской милиции. Из-за новых бомбардировок, проводимых США и направленных против исламистов, этот людской поток будет нескончаем.

«Мы просто ждем»,- говорит Мохаммед Нассух, бывший полковник сирийской армии, кто вот уже целый год живет со своей семьей в лагере Килиса. «Едим. Спим. Смотрим, как проходит время. Я готов делать что угодно. Я готов работать дворником. Я готов пойти куда угодно. Это не жизнь”.