«Не такая уж и грязная [душа], сынок! Мне известно, какие мысли приходят в голову даже самым порядочным людям, когда на кону золото».
(Сокровища Сьерра-Мадре, Б. Травен (1927))
Реки ледниковых долин Каракорума, величественные горы северного Пакистана, порывы ледяного ветра и синевато-серый пейзаж. Вдоль берегов некоторых таких удаленных водных артерий прижимаются друг к другу пестрые палатки, напоминая обломки кораблекрушения. В этих палатках живут семьи кочевников, которые скитаются от источника к источнику, промывая черный песок в поисках блеска золота. Это кочевники из рода Соунвол (Sonewal).
«Мы просто мастера по выуживанию золота из недр реки» - хвастается седовласый золотоискатель Иззат Хан, который уже более 25 лет живет за счет богатств горной цепи Каракорум, достающихся ему большим трудом. «Это дело требует большой внимательности. Нужно следить за течением речной воды, определить места замедления скорости потока – там оседает золото».
Иссохший и морщинистый брат Хана, Джаханджир Хан, с помощью лома поднимает валуны размером с арбуз вдоль реки Гилгит, чтобы добраться до влажного песка под ними. «Это нелегко, – говорит он с одышкой и показывает свои изможденные ладони. – Каждый день я стираю пальцы в кровь».
Out of Eden Walk
На золотых приисках в северной части города Гилгит также трудятся женщины и дети. Хафиза, внучка-подросток Иззата Хана, и его 12-летний сын Обейд по очереди таскают на своих спинах мешки с песком. Молодая невестка Ниша часами трясет деревянный лоток с сеткой, зачерпывая воду из реки и промывая песок, чтобы отсеять более крупные самородки золота. Как и во многих семьях племени Соунвол, принадлежащих к касте золотоискателей, дети Хана никогда не учились в школе. Позже, в лагере, Хан использует ядовитую ртуть, чтобы очистить их дневную добычу: крупицу необработанного золота стоимостью примерно $40. «Удачный день!» – говорит Хан, сияя от счастья.
Уже на протяжении тысячелетий ходят легенды, что земли Гилгит-Балтистана, горного региона в Пакистане с частью Гималайской цепи, где без устали трудятся золотоискатели племени Соунвол, богаты полезными ископаемыми.
Более двух тысяч лет назад древнегреческий историк Геродот описывал «гигантских муравьев величиной с лисицу», обитающих в месте, похожем на Гилгит-Балтистан: мифические насекомые, роющие ходы под землей, выбрасывая на поверхность золотоносный песок, который потом крадут торговцы с караванами верблюдов, пока муравьи дремлют в полуденный зной. Современные исследователи предполагают, что описываемые существа на самом деле являлись не кем иным, как сурками. Позже странники средневековья, проходя по маршрутам Шелкового пути через Каракорум, восторгались богатствами этих гор: рубинами и золотом. На сегодняшний день правительство Пакистана обнаружило по крайней мере 11 коммерчески рентабельных месторождений золота в данном регионе. Инвестиции Китая на сумму в 46 млрд. долларов, направленные на строительство шоссейных дорог, коммуникаций, ГЭС и других объектов в рамках инфраструктурного проекта китайско-пакистанского экономического коридора, вероятно, станет толчком для развития золотодобывающей отрасли.
Obaid Alam Khan, 12, helps seek his family’s rough fortunes in the icy glacial waters of Gilgit-Baltistan.
Paul Salopek
Ну а пока, золотоискатели племени Соунвол в основном трудятся на реках одни, промывая песок мутных вод через деревянный лоток в поисках сверкающих самородков.
«Племя Соунвол - очень необычная раса, – писал Уильям Браун, британский офицер, служивший в этой изолированной горной местности в 1940-е гг., в своей книге «Гилгитская революция», пронизанной стереотипами колониальных времен. – Они... скитаются вдоль берегов реки Инд и промывают речной ил и песок в поисках золотой пыли. Изредка по счастливому случаю им удается найти крупицу золота. Их жизнь крайне тяжелая. Это маленькая община счастливых и дружелюбных людей, любящих петь и танцевать. По моему мнению, они являются родственниками цыган ветви Рома».
По словам Брауна, нет никаких доказательств существования связи между племенем Соунвол и цыганами Рома. Но это племя до сих пор ведет кочевой образ жизни. Они крайне редко заключают браки с жителями соседних городов, а их дети, как правило, не получают образования.
«Другой жизни мы не знаем», - говорит Хан, заворачивая крошечный золотой самородок в порванный полиэтиленовый пакет, чтобы потом продать ювелирам в Гилгите.
